...Феличе Борель, итальянский футболист: «Потом я постоянно читал, что на том чемпионате судьи были за нас. Ну так всегда к хозяевам относятся снисходительнее. Что-то такое, наверно, было — Барт судил наши матчи трижды, Эклинд дважды. Я слышал, будто ему сказали, «отсудишь правильно полуфинал, будешь работать и на финале...»

Швед Иван Эклинд, судья финальной встречи, был самым молодым рефери чемпионата. Он называл себя «спортивным человеком», на любительском уровне играл в футбол, канадский хоккей и хоккей с мячом. Стал рефери по всем этим трем видам. Он рассказывал, что правила изучал, даже бегая по лесу кроссы: «Запомню несколько пунктов, бегу, повторяю. Остановлюсь, прочту следующие и т.д. Я фанат правил!»

Вместе с другими судьями он был приглашен на официальный прием к Муссолини.

Джон Лангенус, судья финала ЧМ-30, участник ЧМ-34: «Эклинд был у дуче вместе со всеми, приглашали ли его позже отдельно, не знаю. Встреча была официальной, и я не могу утверждать, что кому-то уделяли больше внимания, а кому-то меньше».

Прозвище «Граф Римский» дали Эклинду газетчики после финала Италия — Чехословакия за непоставленный пенальти в ворота Комби, когда Мондзельо снес Пуча, и за другие регулярные «проглатывания свистка» при грубой игре хозяев.

И Эклинд, и Барт вышли на международную арену в 1929-м. Их судейская карьера после ЧМ-34 продолжалась. Оба реферировали на ЧМ-38, не выделяясь из общей массы. И бельгиец, и швед впоследствии работали в судейских комитетах своих федераций. Уважаемые люди.

«Джентльмен» Джон Лангенус охарактеризовал ЧМ-34 как «самый грязный» из тех, на которых ему довелось присутствовать, а судейство называл «позорным».